Одна женщина умела красть хорошие мысли. Получалось это не специально, само собой.
Она бережно помещала их во флаконы темного стекла и прятала в свой высокий тюрбан.
Когда она шла, флаконы сталкивались друг с другом, и раздавался мелодичный звон. Женщина звучала, как тонкий серебряный колокольчик.
Стоило ей пройти мимо хорошего человека, как его добрые мысли стекались к ней и терялись в складках её платья. Поэтому женщина была несчастливая - рядом с ней отец бил дочь, сын унижал мать, друг предавал друга, а муж изменял жене.
Когда ей становилось особенно грустно, она развязывала тюрбан, высыпала на землю флаконы и слушала мысли - одну за другой.
Так она и жила.
Однажды женщина проходила мимо уличного художника с фиалковыми глазами. Она испугалась, что подойдя ближе, украдет его хорошие мысли и художник перестанет рисовать свои добрые картины. Женщина стояла поодаль и смотрела. А художник рисовал. Одно за другим рождались чудесные полотна, повествующие об утреннем детском смехе и первых шагах, о звездных дорожках и разноцветных птицах. И о хороших мыслях - малиновых, румяных, больших и маленьких.
Каждый день женщина приходила к художнику и скромно стояла позади, сокращая расстояние на один шаг. Она с опаской наблюдала за его реакцией: а вдруг, сейчас он лишится своих хороших мыслей? Но художник продолжал рисовать, и, казалось, совсем не обращал внимание на окружающий мир.
Однажды женщина подошла так близко, что художник услышал тихий звон флаконов и почувствовал её сандаловое дыхание с ноткой карри. Он обернулся, сверкнув фиалковыми глазами, и широко улыбнулся:
- ЧуднОй у вас тюрбан, однако!
Женщина стояла в недоумении - почему художник совсем не изменился? Она ничего не ответила, развернулась и ушла. Художник пожал плечами и вернулся к рисованию.
А зачем, собственно, художнику хорошие мысли? Всем известно, что они у него - странные.
Она бережно помещала их во флаконы темного стекла и прятала в свой высокий тюрбан.
Когда она шла, флаконы сталкивались друг с другом, и раздавался мелодичный звон. Женщина звучала, как тонкий серебряный колокольчик.
Стоило ей пройти мимо хорошего человека, как его добрые мысли стекались к ней и терялись в складках её платья. Поэтому женщина была несчастливая - рядом с ней отец бил дочь, сын унижал мать, друг предавал друга, а муж изменял жене.
Когда ей становилось особенно грустно, она развязывала тюрбан, высыпала на землю флаконы и слушала мысли - одну за другой.
Так она и жила.
Однажды женщина проходила мимо уличного художника с фиалковыми глазами. Она испугалась, что подойдя ближе, украдет его хорошие мысли и художник перестанет рисовать свои добрые картины. Женщина стояла поодаль и смотрела. А художник рисовал. Одно за другим рождались чудесные полотна, повествующие об утреннем детском смехе и первых шагах, о звездных дорожках и разноцветных птицах. И о хороших мыслях - малиновых, румяных, больших и маленьких.
Каждый день женщина приходила к художнику и скромно стояла позади, сокращая расстояние на один шаг. Она с опаской наблюдала за его реакцией: а вдруг, сейчас он лишится своих хороших мыслей? Но художник продолжал рисовать, и, казалось, совсем не обращал внимание на окружающий мир.
Однажды женщина подошла так близко, что художник услышал тихий звон флаконов и почувствовал её сандаловое дыхание с ноткой карри. Он обернулся, сверкнув фиалковыми глазами, и широко улыбнулся:
- ЧуднОй у вас тюрбан, однако!
Женщина стояла в недоумении - почему художник совсем не изменился? Она ничего не ответила, развернулась и ушла. Художник пожал плечами и вернулся к рисованию.
А зачем, собственно, художнику хорошие мысли? Всем известно, что они у него - странные.
Комментариев нет:
Отправить комментарий