Лет в десять я увидела татуированного мужчину на улице и пропала. Видимо, насовсем. Денно и ношно я мечтала, как покрою свое тело всей этой невообразимой красотой, а еще всякими металлическими фигнюшками, а еще импланты… Вах! Буду первой красоткой на деревне! Я начала активно интересоваться этой темой, просматривать эскизы, читать статьи. И с каждым днем все сильнее уверялась в своей готовности модифицировать тело. Домашним ничего не говорила – предадут анафеме.
В пятнадцать лет я сделала первую татуировку. Вообще-то, это немного рано, но меня ничто в тот момент не могло остановить. Я бредила тату + мозгов в голове подростка значительно меньше нормы.
Мы сидели с подругой в МакДаке, и буквально в нескольких шагах от него находилась тату-студия. У меня на руках было 4 тысячи, и в какой-то момент я сказала: «Хочу сделать татуировку. Прямо сейчас». Мы оперативно подъели все, что у нас оставалось, и пошли в салон. Вышел нам навстречу дядечка необъятных размеров, забитый с ног до головы, с бородой и в солнечных очках. Я как-то сразу стала меньше ростом и, помню, пропищала испуганно: «А я это… татуировку пришла делать». Он вполне дружелюбно ответил мне громогласным басом: «Хорошее дело! Проходи, сейчас будем колоть». Мы с подружкой зашли внутрь, и в эту минуту я уверовала, что рай на самом деле существует. Моим глазкам еще никогда не было так вкусно, как в этот момент. Впрочем, ушкам тоже. На стенах – шикарные картинки, стенды с пирсинг-украшениями, тяжелая музыка на полную мощность. Мой неокрепший мозг испытал феерический оргазм.
Вообще, салон – это слишком громко сказано. Комната для пирсинга, комнатка-«кабинет» и две кабинки для татуирования. Плюс туалет. Площадь всего помещения равняется небольшой двухкомнатной квартире. Но я готова заложить душу, печень и почки, лишь бы поселиться там, на веки вечные.
Пока мы сидели и выбирали подходящий рисунок, «мой» мастер куда-то уехал на час. Все это время ожидания я курила на улице перед салоном. Подруга всячески меня запугивала: «Ты только представь – 300 ударов в минуту 7-ю иглами одновременно!». На словах это выглядело очень страшно. Пришел мастер, я объяснила ему, что хочу, сделали переводилку на кожу и вперед. Я выбрала левую лопатку – состаренный деревянный крест и четки.
На самом деле, ощущения были не болезненные, а очень приятные. Примерно такие же, как если приставить к спине вибромассажер. Свежую татуировку закрыли несколькими слоями целлофана, и спина очень трогательно хрустела при каждом моем движении. Объяснили, как ухаживать за тату и я ушла счастливая до безобразия. Нечего было, и думать возвращаться домой сегодня же – слишком заметно было новшество. Договорилась с подружкой и на три дня осталась у неё. Там жил дурной кот (вообще даже котенок), который всю ночь охотился на мою шуршащую спину. А еще спина жутко чесалась, и спать приходилось на боку.
Зато мне завидовали, а сама я страшно собой гордилась. И поняла, что заболела тату-манией всерьез и надолго.
Конечно, мама увидела эти художества, но меня что-то было поздно. Пришлось ей смириться.
Вторую татуировку я делала, пока жила в Питере. У знакомого, на дому, в кустарных условиях. О чем теперь жалею. Гореть ему в аду вместе с его кривыми руками! Изуродовал мне запястье. В ближайшем будущем эту «красоту» придется переделывать. По моей задумке, там должна быть змея на фоне красного солнца, а получилась какая-то клякса. То есть, свежая она выглядела именно так, как нужно, но в последующие три дня частично вылезла краска и картинка расползлась. Сейчас на это страшно смотреть. Никогда не делайте тату на дому! Для этого есть нормальные салоны. И овцы целы, и волки сыты.
До питерского казуса я успела еще проколоть оба соска, а в Питере – септум. Но пирсинг мне не особо понравился, я вынула все сережки – они мне только мешали. А вот татуировки… Моя любовь.
Нет, я считаю пирсинг красивой модификацией, но я не вижу в нем смысла конкретно для себя. Когда тебе делают татуировку, ты проходишь через некий ритуал, подразумевающий претерпевание боли. Чтобы получить желаемое, нужно несколько часов терпеть боль. Конечно, не всем. Мне, например, повезло, когда набивала на спине. Но видимо, это обусловлено низкой чувствительностью конкретно этого участка на теле. Когда делали на руке, я ни на секунду не расслаблялась.
Собственно, не зря же раньше тату носили только самые сильные и смелые, обычно – воины. Это нужно пережить. С честью.
Сейчас, насколько мне известно, тату можно делать с обезболиванием. Вот только зачем? Мне кажется, это нужно прочувствовать от первой до последней минуты.
Но вернемся к пирсингу. Септум колоть – не чувствуешь вообще ничего. Прокалывать соски – приятного мало, боль пульсирующая, но не сильная, как будто слегка обожглась. Меня совсем не проняло.
Восхищаюсь искусством японской татуировки. Это божественно! Никаких машинок, только рукотворное мастерство – молоточек и игла. Тело превращается в ожившую картину необыкновенной красоты. Рисунки не разрозненны, а перетекают один в другой. И все связаны по смыслу.
А вот к американским татуировкам отношение у меня крайне отрицательное – ненавижу олдскульные тату. Все эти птички, ленты, сердечки, харлеи, морячки, пин-ап. Рисовать это на своем теле? Б-е-е-е. Никогда.
А ведь есть еще скарифицирование (нервно трясутся ручки) и подвешивание (в глубоком обмароке от переизбытка чувств и мечтаний). Но об этом в другой раз.
В пятнадцать лет я сделала первую татуировку. Вообще-то, это немного рано, но меня ничто в тот момент не могло остановить. Я бредила тату + мозгов в голове подростка значительно меньше нормы.
Мы сидели с подругой в МакДаке, и буквально в нескольких шагах от него находилась тату-студия. У меня на руках было 4 тысячи, и в какой-то момент я сказала: «Хочу сделать татуировку. Прямо сейчас». Мы оперативно подъели все, что у нас оставалось, и пошли в салон. Вышел нам навстречу дядечка необъятных размеров, забитый с ног до головы, с бородой и в солнечных очках. Я как-то сразу стала меньше ростом и, помню, пропищала испуганно: «А я это… татуировку пришла делать». Он вполне дружелюбно ответил мне громогласным басом: «Хорошее дело! Проходи, сейчас будем колоть». Мы с подружкой зашли внутрь, и в эту минуту я уверовала, что рай на самом деле существует. Моим глазкам еще никогда не было так вкусно, как в этот момент. Впрочем, ушкам тоже. На стенах – шикарные картинки, стенды с пирсинг-украшениями, тяжелая музыка на полную мощность. Мой неокрепший мозг испытал феерический оргазм.
Вообще, салон – это слишком громко сказано. Комната для пирсинга, комнатка-«кабинет» и две кабинки для татуирования. Плюс туалет. Площадь всего помещения равняется небольшой двухкомнатной квартире. Но я готова заложить душу, печень и почки, лишь бы поселиться там, на веки вечные.
Пока мы сидели и выбирали подходящий рисунок, «мой» мастер куда-то уехал на час. Все это время ожидания я курила на улице перед салоном. Подруга всячески меня запугивала: «Ты только представь – 300 ударов в минуту 7-ю иглами одновременно!». На словах это выглядело очень страшно. Пришел мастер, я объяснила ему, что хочу, сделали переводилку на кожу и вперед. Я выбрала левую лопатку – состаренный деревянный крест и четки.
На самом деле, ощущения были не болезненные, а очень приятные. Примерно такие же, как если приставить к спине вибромассажер. Свежую татуировку закрыли несколькими слоями целлофана, и спина очень трогательно хрустела при каждом моем движении. Объяснили, как ухаживать за тату и я ушла счастливая до безобразия. Нечего было, и думать возвращаться домой сегодня же – слишком заметно было новшество. Договорилась с подружкой и на три дня осталась у неё. Там жил дурной кот (вообще даже котенок), который всю ночь охотился на мою шуршащую спину. А еще спина жутко чесалась, и спать приходилось на боку.
Зато мне завидовали, а сама я страшно собой гордилась. И поняла, что заболела тату-манией всерьез и надолго.
Конечно, мама увидела эти художества, но меня что-то было поздно. Пришлось ей смириться.
Вторую татуировку я делала, пока жила в Питере. У знакомого, на дому, в кустарных условиях. О чем теперь жалею. Гореть ему в аду вместе с его кривыми руками! Изуродовал мне запястье. В ближайшем будущем эту «красоту» придется переделывать. По моей задумке, там должна быть змея на фоне красного солнца, а получилась какая-то клякса. То есть, свежая она выглядела именно так, как нужно, но в последующие три дня частично вылезла краска и картинка расползлась. Сейчас на это страшно смотреть. Никогда не делайте тату на дому! Для этого есть нормальные салоны. И овцы целы, и волки сыты.
До питерского казуса я успела еще проколоть оба соска, а в Питере – септум. Но пирсинг мне не особо понравился, я вынула все сережки – они мне только мешали. А вот татуировки… Моя любовь.
Нет, я считаю пирсинг красивой модификацией, но я не вижу в нем смысла конкретно для себя. Когда тебе делают татуировку, ты проходишь через некий ритуал, подразумевающий претерпевание боли. Чтобы получить желаемое, нужно несколько часов терпеть боль. Конечно, не всем. Мне, например, повезло, когда набивала на спине. Но видимо, это обусловлено низкой чувствительностью конкретно этого участка на теле. Когда делали на руке, я ни на секунду не расслаблялась.
Собственно, не зря же раньше тату носили только самые сильные и смелые, обычно – воины. Это нужно пережить. С честью.
Сейчас, насколько мне известно, тату можно делать с обезболиванием. Вот только зачем? Мне кажется, это нужно прочувствовать от первой до последней минуты.
Но вернемся к пирсингу. Септум колоть – не чувствуешь вообще ничего. Прокалывать соски – приятного мало, боль пульсирующая, но не сильная, как будто слегка обожглась. Меня совсем не проняло.
Восхищаюсь искусством японской татуировки. Это божественно! Никаких машинок, только рукотворное мастерство – молоточек и игла. Тело превращается в ожившую картину необыкновенной красоты. Рисунки не разрозненны, а перетекают один в другой. И все связаны по смыслу.
А вот к американским татуировкам отношение у меня крайне отрицательное – ненавижу олдскульные тату. Все эти птички, ленты, сердечки, харлеи, морячки, пин-ап. Рисовать это на своем теле? Б-е-е-е. Никогда.
А ведь есть еще скарифицирование (нервно трясутся ручки) и подвешивание (в глубоком обмароке от переизбытка чувств и мечтаний). Но об этом в другой раз.
Комментариев нет:
Отправить комментарий